|
|
|
Миры Герберта Уэллса
- Машина времени - Страница 29
Уже потому одному, что эта малышка
выказывала мне нежность и заботу, я, возвращаясь к Белому Сфинксу,
чувствовал, будто возвращаюсь домой, и каждый раз, добравшись до вершины
холма, отыскивал глазами знакомую фигурку в белой, отороченной золотом
одежде.
От нее я узнал, что чувство страха все еще не исчезло в этом мире. Днем
она ничего не боялась и испытывала ко мне самое трогательное доверие.
Однажды у меня возникло глупое желание напугать ее страшными гримасами, но
она весело засмеялась. Она боялась только темноты, густых теней и черных
предметов. Страшней всего была ей темнота. Она действовала на нее
настолько сильно, что это натолкнуло меня на новые наблюдения и
размышления. Я открыл, между прочим, что с наступлением темноты маленькие
люди собирались в больших зданиях и спали все вместе. Войти к ним ночью
значило произвести среди них смятение и панику. Я ни разу не видел, чтобы
после наступления темноты кто-нибудь вышел на воздух или спал один под
открытым небом. Но все же я был таким глупцом, что не обращал на это
внимания и, несмотря на ужас Уины, продолжал спать один, не в общих
спальнях.
Сначала это очень беспокоило ее, но наконец привязанность ко мне взяла
верх, и пять ночей за время нашего знакомства, считая и самую последнюю
ночь, она спала со мной, положив голову на мое плечо. Но, говоря о ней, я
отклоняюсь от главной темы своего рассказа. Кажется, в ночь накануне ее
спасения я проснулся на рассвете. Ночь прошла беспокойно, мне снился очень
неприятный сон: будто бы я утонула море, и морские анемоны касались моего
лица мягкими щупальцами. Вздрогнув, я проснулся, и мне почудилось, что
какое-то сероватое животное выскользнуло из комнаты. Я попытался снова
заснуть, но мучительная тревога уже овладела мною. Был тот ранний час,
когда предметы только начинают выступать из темноты, когда все вокруг
кажется бесцветным и каким-то нереальным, несмотря на отчетливость
очертаний. Я встал и, пройдя по каменным плитам большого зала, вышел на
воздух. Желая извлечь хоть какую-нибудь пользу из этого случая, я решил
посмотреть восход солнца.
Луна закатывалась, ее прощальные лучи и первые бледные проблески
наступающего дня смешивались в таинственный полусвет. Кусты казались
совсем черными, земля - темно-серой, а небо - бесцветным и туманным. На
верху холма мне почудились привидения. Поднимаясь по его склону, я три
раза видел смутные белые фигуры. Дважды мне показалось, что я вижу
какое-то одинокое белое обезьяноподобное существо, быстро бегущее к
вершине холма, а один раз около руин я увидел их целую толпу: они тащили
какой-то темный предмет. Двигались они быстро, и я не заметил, куда они
исчезли. Казалось, они скрылись в кустах. Все вокруг было еще смутным,
поймите это. Меня охватило то неопределенное предрассветное ощущение
озноба, которое вам всем, вероятно, знакомо. Я не верил своим глазам.
|
|
|
|
|
|
|
